Днепропетровский национальный исторический музей

Декабристы и наш край

Прошло более 170 лет со дня восстания декабристов, но образы этих людей и сейчас привлекают к себе благородством, высокой культурой и страстной любовью к Родине, которой они без колебания отдали свою молодость, лучшие годы жизни, а многие и саму жизнь.
У нас о них почти никогда не вспоминают, а в г. Санкт-Петербурге о них помнят и говорят.
Там при музее истории города Санкт-Петербурга работает декабристская секция, в число членов которой входят также и проживающие в городе более 20-ти представителей семей декабристов (Анненкова, Ивашева, Давыдова, Завалишина, фон дер Бриггена и др.).
Имея тесный контакт с музеями декабристов и многими краеведческими музеями других городов, секция проводит планомерную полезную и интересную работу.
По инициативе и при самом активном участии ее членов в 1996 г. издан специальный выпуск журнала «Мера», посвященный 170-летию восстания декабристов. В нем помещен очень интересный материал о многих декабристах, широко освещена судьба их потомков.
Каждый человек, интересующийся декабристской темой, обязательно найдет для себя интересное.
Так, например, наверно, не все знают, что там проживает внук декабриста Д.И. Завалишина, именно внук, Юрий Иванович Еропкин (1912 г.р.). Разрушая возникшее у некоторых читателей сомнение, скажу: Дмитрий Иринаркович Завалишин, интересный человек во многих отношениях, был осужден на пожизненную каторгу. Возвратившись после амнистии 1856 года на родину в возрасте 67 лет, женился на 20-ти летней девушке, брак был удачным, у них было 6 детей, Юрий Иванович — младший сын его второй дочери. Ю.И. Еропкин — горный инженер-обогатитель, активный участник Великой Отечественной войны, доктор технических наук, работает в научно-исследовательском институте «Механобр», в том числе 20 лет заместителем директора по научной работе; перейдя на пенсию — в должности главного научного сотрудника-консультанта. Имеет свыше 150 научных трудов и 8 изобретений. Его сын Михаил Юрьевич — зоолог, кандидат наук, сейчас читает лекции по специальности в университете в республике Гвинея.
Особо хочется остановиться на материале в журнале для нас, днепропетровчан, наиболее интересном.
Когда заходит речь об участии в движении декабристов жителей бывшей Екатеринославской губернии, то обычно мы вспоминаем только одного декабриста — помещика Верхнеднепровского уезда А.С. Гангеблова, хотя с этим согласиться трудно, и вот почему.
У бывшего екатеринославского губернатора, сенатора Михаила Павловича Миклашевского два сына были декабристами, причем старший Александр Михайлович активно участвовал в деятельности декабристов. Дочь М.П. Миклашевского, Софья Михайловна, вышла замуж за известного декабриста А.Ф. фон дер Бриггена. Из помещенных в журнале «Мера» статей праправнучки декабриста Н.Ф. Мартыновой «Александр Федорович фон дер Бригген» и видного журналиста Л.И. Сидоровского «Спешу жить» ясно просматривается судьба нашей землячки.
На день восстания декабристов Софье Михайловне было 22 года. Она не только стремилась последовать за мужем в Сибирь, но и добилась разрешения на это царя. Но тут перед молодой женщиной возникла дилемма: «долг жены или долг матери…», и она избрала мучительный путь, негромкий подвиг: остаться с детьми (а их было у нее четверо), сохранить их, дать им достойное воспитание и все это время ждать мужа, помогая ему издалека. «…Тридцатилетняя переписка Бриггенов дает потрясающий образец женской верности и любви».
И она действительно вырастила детей, дала им блестящее воспитание и образование и в то же время помогала мужу морально: писала письма на имя царя и его наследника, добилась разрешения А.Ф. Бриггену работать, поддерживала его духовно, помогала материально.
Шли годы, надежд на воссоединение с семьей и возвращение на родину у А.Ф. Бриггена не оставалось никаких и через 10 лет после приезда в Сибирь он женился на местной девушке. В семье росли дети.
После амнистии декабристам в 1856 году перед Бриггеном встала трудная задача: возвращаться ли на родину, где он мог оказаться чужим среди своих, или уже навсегда оставаться в Сибири. К этому времени старший сын во второй семье умер, после чего его мать сошла с ума, старшая дочь была замужем, с отцом оставалось двое детей.
И тогда, впервые за все время, он написал обо всем этом жене, прося ее совета. И каким же благородством веет от строк ответного письма Софьи Михайловны. «Исповедь твоя, любезный друг мой Александр, тронула меня до глубины души. Будь уверен, я встретила бы Машеньку и Коленьку как своих детей… Друг мой, поступай по своему пониманию отцовского сердца и рассудка».
По предложению свояка — полковника Яковлева, служившего в Омске, Бригген оставляет на его попечение младшую дочь и больную жену, обеспечив их материально своим пожизненным пенсионом (285 руб. серебром) и с сыном Николаем уезжает на родину. В письме к С.Г. Волконскому он так описывает свой приезд на Родину. «Когда я вошел в свой дом, там по случаю дня рождения моей сестры собралась вся родня. Я остановился у дверей, заметил, что никого не узнаю, равно как никто не узнавал меня. На стол накрывала седая старуха. — Господа! — сказал я простуженным голосом, — позвольте узнать, кто здесь моя жена? Я полковник Бригген. Седая старуха вскрикнула, из ее рук выпал графин. Медленными шагами она приблизилась ко мне и, словно мертвая, опустилась мне на грудь. — Сашенька, Сашенька, — простонала она. Это, как вы, наверно, догадались была моя милейшая Лариса, которую я оставил совсем юной…».
Сколько же должна была пережить эта женщина, жена и мать, чтобы в 52 года превратиться в седую старуху! Век свой она доживала в семье сына Михаила в деревне Слоут Черниговской губернии. Совесть ее была чиста: все, что было в ее силах доброе для близких людей было ею сделано.
Мы, земляки Софьи Михайловны, не имеем права забывать ее, наоборот, именно сейчас должны рассказывать о ней, чтобы наши дети и внуки знали о том, как люди с высокой моралью, умеют выполнять свой долг, отдавая себя в необходимых случаях целиком другим.
А.Ф. Бригген после возвращения из Сибири прожил В: семье младшей дочери Любови Гербель, сначала в Петергофе, затем в Петербурге. Умер в 1859 г. от холеры. За месяц до смерти с него был снят полицейский надзор. В письмах к друзьям он поминал, что Софья Михайловна относится к привезенному ИІ Сибири сыну Николаю с большой любовью.
В том же журнале «Мера» ряд статей посвящены потомкам декабриста фон дер Бриггена — как крик души воспринимается написанная ярким языком статья еще одной праправнучки декабриста Т.С. Михайловой «Есть ли бог? Не знаю…», упоминаемая уже статья «Спешу жить», статья «Внук декабриста Иван Умов», который был поэтом, музыкантом и дипломатом, писавший и печатавший свои стихи на пяти языках: русском, франиузском, английском, немецком и польском.

Дудко Г.В., краевед г. Днепропетровска

Джерело: Музей і майбутнє: Доповіді та повідомлення наукової конфе­ренції до Міжнародного дня музеїв, травень 1997 р. — Дніпропетровськ, 1998. — 106 с.



Hosting Ukraine Проверка тиц